Вернувшись домой после пяти лет одиночной работы за границей, я обнаружил, что моя дочь Кана совсем повзрослела. Начав смотреть на неё скорее как на женщину, чем как на дочь, я почувствовал ревность, увидев, как она милуется со своим парнем. Той ночью, с ностальгией разглядывая её спящее лицо, которое не изменилось с детства, я не удержался и поцеловал её. Дочь проснулась, и я запаниковал, но она сказала: «Можешь меня потрогать»...